ТЕРРА ИНКОГНИТО

А.Махмудов – Терра инкогнито. Каким будет завтрашний день узбекской женщины?
01:01 07.03.2004
ТЕРРА ИНКОГНИТО.

Абдулазиз Махмудов,
кинорежиссер

Чем культурнее общество, тем свободнее женщина. Эмансипации женщин и признанию равных прав с мужчинами в западном мире предшествовала многовековая эволюция общественного сознания. Религиозные этнокультурные традиции древних эллинов обожествляли женщину. В иерархии олимпийских богов женщина занимала равную с мужчинами позицию. Воспевались женский ум, физическая и душевная красота. Пенелопа – супруга Одиссея – идеал женского благородства и верности у Гомера. Великолепны женские скульптуры Праксителя. Восхищают героини Эсхила, Софокла, Еврипида. Первые феминистки борются за свои права в ”Лиссистрате” Аристофана.

С распространением христианства в Европе культивировался образ Божьей Матери – Мадонны. Вместе с библейскими Эсфирь и Юдифь они вдохновляли творчество художников Возрождения: Леонардо да Винчи и Микеланджело Буанаротти, Рафаэля Санти. Светские литературные произведения Франческа Петрарки, Джованни Боккаччо, Данте Алигьери способствовали формированию массового сознания. Культ прекрасной дамы культивировался в рыцарских авантюрных романах. Под впечатлением таких романов герой Мигеля де Сервантеса – Дон Кихот Ламанческий объявляет простушку Дульсинею дамой сердца и ради нее совершает свои подвиги. Возвышению женщины послужили героические подвиги и мученическая смерть Жанны Д Арк, боровшейся за независимость Франции. Французские просветители: Вольтер, Жанн Жак Руссо, Дени Дидро, Шарль Монтескье подвергали критике феодальную систему и церковь, призывали к равенству всех граждан перед законом независимо от пола и сословий.

Испанский живописец Франсиск Гойя вопреки давлению инквизиции впервые нарисовал прекрасную обнаженную женщину ”Маха обнаженная”. Французский художник Делакруа создал символический образ Свободы – женщину, зовущую парижан на баррикады ”Свобода, ведущая народ”. Раскрепощению женщины в западном мире служила драматургия Вильяма Шекспира и романы Оноре де Бальзака. Поэзия Джорджа Байрона, Гете, Шиллера и многих других классиков литературы.

Реформы Петра Великого и окно в Европу в XYIII веке положили начало приобщению патриархальной Руси к ценностям европейской культуры. Молодежь поехала за границу осваивать языки, науки, ремесла, основы кораблестроения, навигации, военного дела. В Россию хлынули иноземные специалисты. Началось строительство новой столицы Русского государства – Санкт Петербурга. Вырос на берегах Невы первый музей изящных искусств – Эрмитаж. Учреждена Российская Академия наук. Создан Московский университет. Высшие достижения европейской науки, искусств, просветительской философской мысли стали доступны русским людям. Идеалами просвещенного абсолютизма пронизано правление Екатерины II. Она переписывается с Вольтером и считает себя его ученицей. Увлекается сочинениями Шарля Монтескье и драматургией Вильяма Шекспира. Как некогда Петр I брал уроки у немецкого философа Лейбница, учится у приглашенного в Санкт Петербург француза Дени Дидро. Пишет нравоучительные ”Наказы” и ратует за главенство закона над сословиями. Ею восхищались европейские монархи, благоговели и любили отечественные вельможи, посвящали свои стихи поэты. Образ мудрой и справедливой императрицы был лучшей агитацией в пользу женской половины русского общества.

Без реформ Петра I и Золотого века Екатерины II, наверно не было бы Пушкина и его Татьяны Лариной, русской женщины Дарьи – Некрасова, Наташи Ростовой и Анны Карениной – Толстого, Катерины – Островского. Не было бы, не очень модных сегодня, Герцена, Белинского, Чернышевского, Добролюбова, которые способствовали формированию нравственных идеалов русского общества ХIХ века.

Формирование образа женщины в общественном сознании жителей Центральной Азии складывалось иначе, чем на западе и в России. Из исторических хроник античности дошли до нас сведения о мудрой правительнице саков и массагетов Тумарис, победившей 200 тысячную армию грозного персидского царя Кира, перед которым трепетал Рим. Дошли легенды о сакской царице Зарине и отважной воительнице Родогуне – дочери парфянского царя Митридата, одолевшей враждебное племя и спасшей отца от гибели. Ореолом тайны покрыты мифы об азиатских амазонках. В Эрмитаже хранятся терракотовые фигурки лучниц найденные на раскопках древних городищ Узбекистана. Как свидетельства проникновения эллинистической культуры после завоевания Александра Македонского дошли до нас изображения Артемиды, Афины Паллады, Медузы Горгоны, вакханок, сцен из трагедий Еврипида в интерпретации азиатских мастеров.

Кроме зороастризма – основной религии наших предков. Здесь были распространены манихейство, иудаизм, буддизм и христианство, что свидетельствует о достаточной веротерпимости населения. Огромную роль играла тематическая живопись и монументальная скульптура, повествующая о жизни богов и эпических героев. Гигантские статуи богинь Анахит, Нанаи, Тихэ и Ордохшо украшали площади и культовые сооружения городов. Терракотовые фигурки женских божеств занимали почетные места в жилищах простолюдинов. В этот исторический период зародились эпосы ”Алпамыш”, ”Раушан”, ”Юсуф и Зулейха”, в которых были отражены высокохудожественные женские образы: Айбарчин, Зульхумор, Зулейхи. Это были героические истории о Тристанах и Изольдах народов Центральной Азии. Что говорит о высоком рейтинге женщины в общественном сознании до исламского периода Центральной Азии.

После завоевания арабами Бактрии и Согдианы и установления догматов ислама в YII-YIII веках живопись и скульптура варварски уничтожаются религиозными фанатиками. Искусство провозглашается злом и под страхом смерти налагается запрет на изображение всего, что живет и дышет. Как это происходит, мы знаем из деятельности Афганских талибан. Религиозное ханжество продажных правителей Центральной Азии, готовых молиться любому богу – лишь бы сохранить власть и богатства идут в ногу с происками духовников. Живопись и скульптура – мощнейшие средства формирования общественного сознания, вытесняются из культурного процесса. Пройдет несколько веков, прежде чем живопись робко объявится на страницах книг в виде миниатюр Абдель Хайя, Шах Музаффара, Бехзада и других мастеров живописи. А скульптура трансформируется в различного рода безделушки в виде детских игрушек, свистулек, амулетов из глины, металла и кости.

1219 год был роковым в истории Мавверанарха. Дикие орды Чингисхана наводняют страну. ”Боже, Твоя воля!”- пишет историк Ибн Ал Асир – ”ни одного города татары не пощадили, уходя, разрушали все. Возле чего проходили, грабили, что им было негодно, сжигали”. Так дикость и невежество глумилось над культурой развитых народов. И только через сто лет при Тимуридах страна постепенно восстанавливается, получают развитие науки, архитектура, искусства, литература. При Амире Тимуре, занятом созиданием грандиозных памятников собственного величия с помощью золота и пленных мастеров из Багдада и Герата, из Тебриза и Шираза, происходит возрождение архитектуры и монументальной живописи.

Ак-Сарай в Шахрисябзе и Кок-Сарай в Самарканде и другие менее значительные светские сооружения украшаются сценами из военных походов Тимура, баталиями, осадами городов, пиршествами, парадными приемами, бытовыми сценами, главными героями которых являются Амир Тимур, его сыновья, внуки и жены. Однако после смерти внука Тимура – Улугбека религиозные фанатики под руководством крупного феодала и главы суфийского ордена Накшбандия Ходжи Ахрора соскабливают фрески, разрушают обсерваторию Улугбека и под страхом смерти запрещают науки и живопись.

В связи с выключением живописи и скульптуры из общественной жизни большую роль в формировании светского сознания принимает на себя литература. Расходятся в списках ”Шах Намэ” Фирдоуси. Всеобщее распространение получают лирика Омара Хайяма, Хафиза, Саади. Но, как далеки романтические образы возлюбленных дам, изображенных в рубаях и газелях, от суровой женской доли в реальной жизни. Вслед за Низами Генджеви, соревнуясь в мастерстве, трагедию любви ”Лейли и Меджнун”, этих восточных Ромео и Джульетты, пишут Хусрав Дехлеви, Абдурахман Джамий и Алишер Навои.

В XYI веке из Дашти Кипчака приходит еще одна волна кочевников. И снова война, кровь и разрушения. Шейбани-хан потомок Чингисхана и предводитель степных узбеков, изгоняет из Маверанарха последнего представителя царствующей династии тимуридов – Захиритдина Бабура и захватывает престол. И вновь войны. С Ираном, казахскими султанами, смуты и кровавые разборки за власть и привилегии между родственниками правящей фамилии до полного истребления рода Шейбанидов.

XYII-XYIII века- это время застоя и стагнации, время правления невежественных амбициозных правителей, живших под опекой и влиянием глав суфийских орденов Кубравия, Кадырия, Накшбандия, боровшихся между собой за чистоту ислама.

Изоляция от цивилизованного мира, междоусобные войны, религиозный фанатизм, ханжество и лицемерие, пренебрежение к наукам и людям умственного труда. Стяжательство, обжорство и блуд с многочисленными женами и наложницами.

Придворные поэты писали им оды и панегирики, восхваляли подвиги и мнимые достоинства. Летописцы сочиняли престижные родословные. Но были и другие, такие, как Машраб и Турды, Огахи. Их было мало, мужественных людей, изобличавших гнусные порядки, мракобесие и религиозный фанатизм.

Как правило, они преследовались правящей элитой и духовенством, изгонялись из страны или уничтожались физически. Трагична судьба поэтессы Нодиры, убитой бухарским эмиром Насруллой по наущению духовенства, обвинившей женщину в нарушении законов шариата в 1842 году. Ее не спасло даже высокое положение правительницы Кокандского ханства. Печаль и скорбь о тяжкой женской доле звучат в стихах другой поэтессы Увайси, современницы и подруги Нодиры. Когда пришли русские, у правящей элиты, погрязший в средневековом мракобесии, не оказалось сил, чтобы противостоять экспансии. Народ, задавленный бедностью и нуждой, не оказал сопротивления завоевателям, а кое-кто, надеясь на лучшую долю, даже приветствовал русских.

И здесь начинается другая история. Русская экспансия оживила экономику Центральной Азии. Строятся железные дороги, прокладываются морские и речные пути по Каспию, Аралу и Аму-Дарье, Ускоренными темпами развивается хлопководство, необходимое для русской текстильной промышленности. В поисках лучшей доли в Азию из России едут тысячи семей русских, украинцев, армян, евреев, татар. Появляются гражданское законодательство, светское образование, водопровод и электричество, политические партии, первые больницы, библиотеки, театры, издаются газеты и журналы. Представители местных народов едут в Россию и Европу, путешествуют по странам Ближнего Востока, приобщаются к передовым достижениям европейской культуры и философской мысли и ужасаются от того, что их Родина безнадежно отстала от передовых стран мира.

Так, из окна в Европу, прорубленного Петром Великим в 18 веке, на пороге 20 века подули свежие ветры и в Центральную Азию. Представители местной передовой интеллигенции – Джадиды боролись за обновление ислама и социальные реформы и впервые заговорили о бесправном и угнетенном положении узбекской женщины. Это выразилось в образах Зебунисо, героини романа Чулпана ”Ночи и дни”. Это Кумуш из романа Абдуллы Кодыри ”Минувшие дни”. С любовью и сочувствием рисуют авторы своих героинь, чьи трагические судьбы были типичными в феодальном обществе конца 19 века.

Советская власть начала грандиозное по своим масштабам наступление на традиционный патриархальный быт народов Центральной Азии. Появились первые в истории светские государства с конституцией и гражданским законодательством. Декрет об отделении церкви от государства и школы от церкви положили начало реисламизации мусульманского общества. Декреты о гражданском браке, принцип равной оплаты за равный труд, льготы женщине-матери впервые законодательно уравняли в правах мужчину и женщину, однако кампания ”Худжум”, проведенная советской властью в 1927 году, сняла лишь внешние атрибуты дискриминации женщин. Страна получила дешевую рабскую силу для работы на хлопковых полях, а массовое сознание, за небольшим исключением, продолжало удерживать мусульманку в оковах патриархальных традиций. Национальная интеллигенция и партийно-советская номенклатура в массе своей не была готова к раскрепощению женщины и вела политику двойных стандартов. Напуганные репрессивными санкциями со стороны руководства многие ответственные работники тех лет сами отводили жен и дочерей на митинги сожжения паранджи, а по возвращении домой вновь облачали в паранджу и запирали в ичкари. Мусульманки-активистки, которые имели мужество ходить после этих митингов без паранджи, преследовались фанатичными родственниками и близкими и даже уничтожались физически. Архивы сохранили сотни примеров такого рода изуверств. Авторам коллективизации, электрификации и индустриализации, казалось, все доступным и даже насильственная эмансипация средневековой женщины. Продолжением ”Худжума” стало пропагандистское мифотворчество. Советская идеология по разнарядке сверху создавала идеализированные образы эмансипированных активисток и героинь: Мамлакат Нахангова, Джахан Абидова, Хадича Сулейманова, Башорат Мирбабаева, Турсуной Ахунова, Ядгар Насреддинова, Рано Абдуллаева. Догадывались ли они, что являлись частью советской пропаганды, таким образом канонизировавшей ”освобожденную” женщину Востока. Однако как бы варварски не происходило раскрепощение узбекской женщины, со времен ”Худжума” в сознании наших соотечественниц произошли революционные изменения.

Сегодня без четкого представления глубинных исторических и этнокультурных процессов невозможно судить об объективных и субъективных условиях формирования ментальности и духовного облика нашей современницы, образованной узбечки, чувствующей свою неадекватность нормам и представлениям массового общественного сознания, живущей с оглядкой на патриархальное мышление мужа, махалли, ближайших сородичей, коллектива, в котором приходится работать.

Сегодня вопреки существующим законам о свободе совести и правам человека, приверженности Узбекистана к общечеловеческим ценностям и декларациям властей о выборе светского пути развития, некоторые идеологи национальной самобытности, религиозные деятели различных уровней, пользуясь трибуной государственных СМИ, ратуют о возвращении узбекской женщины к домашнему очагу и патриархальным нормам семейной жизни.

Контраргументы, как правило, не публикуются и не демонстрируются. Что это? Государственная политика двойных стандартов? Или упущения властей, жестко контролирующих все средства массовой информации? И это в ситуации, когда государственные СМИ в представлении основной части малообразованного населения Узбекистана выступают, как последняя инстанция истины. Тем временем религиозная пропаганда и идеализация патриархального уклада жизни делают свое дело. Хиджаб становится привычным атрибутом женской моды. Довольно вялую, выжидательную, а порой и реакционную позицию занимают видные представители творческой интеллигенции. Каким будет завтрашний день узбекской женщины? Национальные традиции и конформизм или общечеловеческие ценности и интеграция в мировую культуру? Созрели ли мы для правильного выбора? …
Источник – ЦентрАзия
Постоянный адрес статьи – http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1078610460

Det här inlägget postades i Uncategorized, Мақолалар. Bokmärk permalänken.